Источник изображения: КП-Самара
Если знакомиться с Шерлоком Холмсом прежде всего по современным фильмам и сериалам, возникает почти очевидная картина. У Бэтмена есть Джокер, у профессора Ксавьера — Магнето, а у Холмса — профессор Джеймс Мориарти. Великий сыщик и великий преступник будто должны постоянно идти параллельными дорогами и время от времени сталкиваться в очередной интеллектуальной дуэли.
Но в рассказах Артура Конан Дойла такой многолетней войны на страницах практически нет.
Мориарти появляется очень поздно, почти сразу становится самым опасным противником Холмса и практически сразу погибает. Более того, значительная часть его грандиозной преступной карьеры вообще существует только в рассказе самого сыщика: читатель не наблюдает десятки прежних столкновений двух гениев, а узнаёт о них постфактум.
И всё же называть Мориарти случайным злодеем тоже неправильно. Конан Дойл сознательно ставит его выше обычных противников Холмса и делает столкновение с профессором кульминацией первой большой части цикла.
Поэтому на вопрос «был ли Мориарти главным врагом Холмса?» существуют сразу два ответа. По количеству историй — совершенно точно нет. По тому значению, которое придаёт ему сам Холмс, — да, конкурентов у профессора почти не остаётся.
Содержание:
- Сколько раз Мориарти действительно появляется у Конан Дойла
- Почему одного «Последнего дела» хватило для статуса главного врага
- Что «Долина страха» добавила к образу профессора
- Что осталось от Мориарти после Рейхенбаха
- Так был ли он главным врагом книжного Холмса
- Как советская экранизация сделала противостояние длиннее
- Гай Ричи превратил Мориарти в противника европейского масштаба
- Почему BBC окончательно закрепил образ вечного антипода
- Откуда взялся знакомый нам «архивраг» Холмса
- Итог
Сколько раз Мориарти действительно появляется у Конан Дойла
С количеством появлений профессора возникает путаница даже в справочных материалах, потому что слово «появляется» можно понимать по-разному.
Если считать только сцены, в которых Мориарти физически находится перед Холмсом, разговаривает с ним и действует непосредственно на странице, такой случай всего один — рассказ «Последнее дело Холмса».
Именно там профессор приходит на Бейкер-стрит, требует прекратить расследование своей организации, затем преследует Холмса через Европу и встречается с ним у Рейхенбахского водопада.
Вторая история, тесно связанная с профессором, — повесть «Долина страха». Её часто называют вторым появлением Мориарти, и по значению персонажа это оправданно. Профессор является важнейшей невидимой силой сюжета, Холмс подробно рассказывает о его организации, а один из людей Мориарти передаёт предупреждение.
Но есть принципиальная деталь: самого профессора читатель там не встречает. Более того, Холмс прямо говорит инспектору Макдональду, что лично с Мориарти ещё не знаком.
После этого имя профессора возникает ещё в нескольких канонических текстах. К нему возвращаются в «Пустом доме», где Холмс объясняет события после Рейхенбаха и сталкивается с полковником Себастьяном Мораном. Мориарти также кратко упоминается в «Подрядчике из Норвуда», «Пропавшем регбисте», «Знатном клиенте» и «Его прощальном поклоне».
Таким образом, удобно разделять статистику так:
1 произведение — Мориарти лично выходит на сцену и разговаривает с Холмсом.
1 произведение — он является важной действующей силой, но остаётся за кадром.
ещё 5 произведений — его имя или последствия деятельности упоминаются.
Для цикла из четырёх повестей и пятидесяти шести рассказов это удивительно небольшое присутствие персонажа, которого сегодня почти автоматически называют главным злодеем всей франшизы.
Почему одного «Последнего дела» хватило для статуса главного врага
Ответ находится в том, как Конан Дойл вводит профессора.
Мориарти не проходит обычный путь злодея, которого Холмс постепенно вычисляет в рамках одного дела. Когда Ватсон впервые слышит его имя в «Последнем деле», выясняется, что между Холмсом и профессором уже давно идёт невидимая война.
Сыщик объясняет, что годами замечал за различными преступлениями некую организующую силу. Убийства, ограбления, подделки и другие дела словно соединялись невидимыми нитями. В конце концов все они привели его к бывшему профессору математики.
Мориарти сам почти ничего не делает руками.
Холмс сравнивает его с пауком в центре гигантской сети: преступления совершают многочисленные агенты, а профессор планирует, распределяет задачи, обеспечивает защиту исполнителям и остаётся настолько далеко от конкретных преступлений, что полиция не может предъявить ему обвинение.
Отсюда и знаменитое определение — «Наполеон преступного мира».
Но намного важнее другая характеристика. Холмс признаёт, что после нескольких месяцев борьбы впервые встретил человека, которого вынужден считать своим интеллектуальным равным.
Для персонажа, регулярно превосходящего и преступников, и Скотланд-Ярд, это исключительное признание.
Холмс идёт ещё дальше: если ему удастся уничтожить организацию Мориарти и освободить от неё общество, он будет считать собственную карьеру достигшей вершины.
То есть профессор получает статус величайшего врага не благодаря количеству встреч.
Конан Дойл сразу вводит его как финального противника.
Это особенно понятно с учётом истории создания цикла. Позднее сам писатель вспоминал, что к завершению «Записок о Шерлоке Холмсе» действительно собирался закончить историю сыщика. Рейхенбах был задуман как финал его карьеры.
Поэтому Холмсу понадобился противник соответствующего масштаба: не очередной убийца, которого можно передать Лестрейду, а человек, уничтожение которого оправдывает и гибель самого героя.
Что «Долина страха» добавила к образу профессора
Парадоксально, но большая часть подробностей о преступной империи Мориарти появляется уже после публикации истории о его смерти.
«Долина страха» вышла значительно позже «Последнего дела», однако по внутренней хронологии относится к более раннему периоду.
Здесь Холмс рассказывает о профессоре гораздо подробнее.
Мориарти становится практически криминальным консультантом. Его организация может помочь преступникам найти человека, разработать операцию и устранить проблему. За профессором стоят профессиональные исполнители, шантажисты, карточные шулеры и другие люди преступного мира.
Особое место занимает полковник Себастьян Моран — ближайший помощник Мориарти, которому профессор платит огромные деньги именно за его способности.
Холмс также изучает банковские операции профессора и приходит к выводу, что тот скрывает настоящее состояние, распределяя средства между разными счетами.
В финале повести влияние Мориарти становится особенно страшным. Основная загадка Бирлстоуна уже раскрыта, но Холмс предупреждает, что настоящая угроза ещё не исчезла. Вскоре приходит известие о гибели Дугласа, и сыщик узнаёт характерный почерк той самой преступной организации.
Мориарти вновь почти ничего не делает непосредственно — и именно поэтому выглядит опаснее.
Но «Долина страха» создаёт любопытную проблему с хронологией.
В повести Ватсон уже прекрасно знает, кто такой Мориарти. Когда Холмс спрашивает, слышал ли он о профессоре, доктор сразу понимает, о ком речь.
В «Последнем деле», которое происходит позже по внутренней хронологии, разговор построен иначе: Холмс спрашивает Ватсона, слышал ли тот когда-нибудь о Мориарти, и получает отрицательный ответ.
Это обычная для большого литературного цикла несостыковка, возникшая потому, что «Долина страха» была написана позже.
Но она ещё раз показывает важную вещь: Конан Дойл изначально не строил вокруг Мориарти многолетнюю сквозную сюжетную линию. Эта линия расширялась задним числом.
Что осталось от Мориарти после Рейхенбаха
У Рейхенбахского водопада профессор действительно погибает.
Когда Конан Дойл спустя годы решает вернуть Холмса, он не отменяет смерть Мориарти и не сообщает, что тот каким-то образом спасся.
В «Пустом доме» выясняется, что выжил только Холмс.
Профессор сорвался в пропасть, а опасность для сыщика после этого исходила от уцелевших членов его организации. Самым страшным из них оказался полковник Себастьян Моран.
Именно Моран находился у водопада после схватки и пытался добить Холмса, сбрасывая на него камни. Спустя годы он снова становится противником сыщика в Лондоне.
Получается интересная структура.
Сам Мориарти исчезает практически сразу, но его сеть переживает создателя. Даже возвращение Холмса строится не на новой дуэли с воскресшим профессором, а на необходимости устранить последнего особенно опасного человека старой организации.
Позднейшие рассказы иногда напоминают о Мориарти как об историческом противнике Холмса, однако Конан Дойл никогда не устраивает второго Рейхенбаха.
Профессор остаётся мёртв.
Это принципиально отличает книжный канон от многих современных сериалов, где смерть популярного злодея почти неизбежно превращается в повод для теорий о возвращении.
Так был ли он главным врагом книжного Холмса
Здесь всё зависит от значения слов «главный враг».
Если под этим понимать злодея, который постоянно возвращается, вмешивается в большинство расследований и сопровождает Холмса через весь цикл, — нет, книжный Мориарти таким персонажем никогда не был.
Большинство приключений Холмса никак с ним не связано.
За доктором Ройлоттом не стоит Мориарти.
Чарльз Огастес Милвертон действует самостоятельно.
Собака Баскервилей не является частью его организации.
Ирэн Адлер не работает на профессора.
Джефферсон Хоуп, Джонатан Смолл и большинство других знаменитых противников Холмса существуют в отдельных историях.
Привычная современная модель, при которой за множеством предыдущих дел постепенно обнаруживается один суперзлодей, к основной массе канона Конан Дойла не относится.
Но если «главный враг» означает самого опасного противника, которого признаёт сам Холмс, ответ меняется.
Мориарти — единственный преступник, борьбу с которым Холмс прямо ставит на уровень завершения собственной карьеры.
Он признаёт его интеллектуальным равным.
Он месяцами ведёт против него скрытую войну.
Он готов погибнуть, если вместе с ним будет уничтожен профессор.
Именно эта функция делает Мориарти главным антагонистом канона по статусу, даже если по количеству страниц он уступает множеству куда менее знаменитых персонажей.
Лучше всего сформулировать так: Мориарти не постоянный враг Шерлока Холмса, а его финальный противник.
По крайней мере таким он был задуман в «Последнем деле».
Как советская экранизация сделала противостояние длиннее
Источник изображения: КП
Цикл Игоря Масленникова в целом гораздо ближе к литературному Мориарти, чем многие поздние версии, однако даже здесь противостояние становится более цельным.
Профессора сыграл Виктор Евграфов, а озвучил Олег Даль.
Важнейшее изменение появляется ещё до непосредственной встречи двух противников.
В фильме события разных рассказов соединяются общей линией. После дела шантажиста Чарльза Огастеса Милвертона Холмс получает бумаги, которые выводят его на новую преступную организацию. Появляется загадочная литера «М», а затем — профессор Мориарти.
У Конан Дойла Милвертон и Мориарти никак не связаны.
Советская версия таким образом делает то, что позже станет привычным для сериалов: превращает отдельные приключения в части большой истории.
В «Смертельной схватке» уже используется материал «Последнего дела Холмса». Мориарти оказывается человеком, стоящим над целой организацией, а Холмс получает сведения о её участниках и становится смертельно опасным свидетелем.
Финал сохраняет каноническую идею Рейхенбаха — оба противника исчезают у водопада.
После этого «Охота на тигра», построенная прежде всего на «Пустом доме», переносит внимание на Морана и последствия разгрома организации.
То есть даже чрезвычайно уважительная к Конан Дойлу советская экранизация уже немного увеличивает роль профессора: зритель не просто внезапно узнаёт о великом враге перед финалом, а заранее видит, как Холмс приближается к нему.
Гай Ричи превратил Мориарти в противника европейского масштаба
Источник изображения: КП
В фильмах Гая Ричи расширение становится гораздо заметнее.
В первом «Шерлоке Холмсе» Мориарти ещё скрывается в тени. Зритель не получает полноценного знакомства с профессором, но уже понимает, что за происходящим существует ещё один игрок, который использует расследование Холмса в собственных целях.
Таким образом, Мориарти вводят заранее — как будущего большого противника.
В «Игре теней» Джаред Харрис уже становится центральным антагонистом.
В основе по-прежнему легко узнать Конан Дойла: математический гений, гигантская сеть, интеллектуальное равенство с Холмсом, Моран, путешествие через Европу и финальная встреча у водопада.
Но масштаб плана радикально увеличен.
Книжный Мориарти контролирует преступную империю и организует самые разные незаконные операции.
Мориарти Гая Ричи пытается использовать политическую напряжённость между европейскими государствами, подтолкнуть континент к большой войне и одновременно заработать на предприятиях, которые будут снабжать будущий конфликт.
Он уже не просто «Наполеон преступного мира» Лондона.
Это практически теневой геополитический игрок.
Фильм также превращает интеллектуальное равенство в зрелищную симметрию. Холмс заранее моделирует будущий бой в голове — и неожиданно выясняется, что Мориарти способен проделать то же самое.
Такая сцена буквально показывает зрителю то, что у Конан Дойла существует главным образом в словах Холмса: перед ним человек, способный мыслить на его уровне.
Для кино это чрезвычайно удобно. Один великий герой получает одного столь же великого злодея — и всё повествование строится вокруг их шахматной партии.
Почему BBC окончательно закрепил образ вечного антипода
Источник изображения: Soyuz.ru
Современный «Шерлок» BBC идёт ещё дальше.
Джим Мориарти в исполнении Эндрю Скотта становится зеркальным отражением главного героя уже на уровне профессии.
Шерлок — консультирующий детектив.
Мориарти — консультирующий преступник.
Если к Шерлоку приходят люди, которые не могут раскрыть дело, то Мориарти продаёт преступникам идеи, связи и способы совершить то, с чем они сами не справятся.
Это очень удачная модернизация книжного образа паука в центре сети.
Но сериал добавляет совершенно новый мотив — личную одержимость Шерлоком.
Книжный профессор прежде всего хочет остановить человека, методично уничтожающего его организацию. Он уважает интеллект Холмса, однако конфликт имеет вполне практическую причину.
Джим Мориарти воспринимает Шерлока почти как единственного человека, способного избавить его от скуки.
Поэтому противостояние становится личной игрой.
Мориарти стоит за преступлениями первого сезона, устраивает «Большую игру», вмешивается в историю Ирэн Адлер, уничтожает репутацию Шерлока и наконец приводит его к собственной версии Рейхенбаха.
Даже после смерти персонаж не исчезает из сериала полностью.
Его изображение возвращается на экраны с вопросом «Соскучились по мне?», он появляется в воспоминаниях и заранее записанных видео, а позднее выясняется, что Эвр Холмс использовала его для своих планов ещё до смерти профессора.
При этом сериал всё-таки не подтверждает настоящее воскрешение Мориарти.
Это важная граница между экранным фактом и многочисленными фанатскими теориями. Джим действительно погибает в «Рейхенбахском водопаде»; последующие появления объясняются записями, прошлым и сознанием других персонажей.
Но драматургически он продолжает преследовать Шерлока уже после смерти.
Именно поэтому для огромной аудитории XXI века Мориарти окончательно становится не одним великим противником из прошлого, а личным антиподом Шерлока на протяжении всего сериала.
Откуда взялся знакомый нам «архивраг» Холмса
У превращения Мориарти в вечного врага есть очень простая драматургическая причина.
Конан Дойл дал будущим сценаристам почти идеальную заготовку.
Профессор интеллектуально равен Холмсу.
Он руководит преступниками так же, как Холмс помогает полиции.
Один сидит в центре криминальной сети, другой распутывает её нити.
Оба способны предугадывать действия противника.
Их противостояние заканчивается у одного из самых узнаваемых мест всего канона — Рейхенбахского водопада.
При этом сам автор оставил огромные пустые пространства.
Холмс говорит, что годами боролся с организацией Мориарти, но читатель почти не видит эти годы.
У профессора тысячи связей, но большинство его операций не описано.
Мы знаем о грандиозной скрытой войне двух умов, однако получаем лишь её финальную главу.
Для экранизаций это подарок.
Ничто не мешает вставить Мориарти в более ранние приключения, связать через него самостоятельных преступников, придумать новые планы и показать на экране то, что у Конан Дойла существовало за пределами рассказа Ватсона.
Так постепенно произошло почти незаметное смещение.
У Конан Дойла Мориарти — величайший противник, который появляется в финале определённого этапа истории.
В массовой культуре Мориарти — враг, который должен существовать рядом с Холмсом всегда.
Отсюда появляются и версии, в которых он связан с Ирэн Адлер, и истории, где профессор стоит за предыдущими преступлениями, и современные вариации вроде «Элементарно», где Ирэн и Мориарти вообще объединены в одного персонажа.
С литературным каноном всё это смешивать нельзя.
Если хочется увидеть исходную конструкцию без поздних дополнений, она находится в книгах и рассказах Артура Конан Дойла: великий невидимый преступник, короткая смертельная дуэль и организация, тень которой остаётся после гибели её создателя.
Итог
Мориарти действительно является главным противником книжного Шерлока Холмса по значению — но совершенно не является его постоянным врагом по количеству историй.
Лично профессор выходит перед читателем только в «Последнем деле Холмса». В «Долине страха» он играет важную роль из-за кулис, но физически не появляется. Ещё несколько рассказов лишь упоминают его самого или последствия существования его организации.
Тем не менее Конан Дойл намеренно ставит Мориарти выше обычных преступников. Холмс считает его интеллектуальным равным, описывает уничтожение его сети как вершину своей карьеры и готов принять собственную смерть, если вместе с ним будет уничтожен профессор.
Поэтому противоречия здесь нет.
Мориарти не был злодеем, которого Конан Дойл собирался возвращать в каждом пятом рассказе. Он был противником, достаточно большим для того, чтобы одна встреча стала «последним делом» Шерлока Холмса.
А привычный образ многолетней войны двух гениев сформировался позже. Советский цикл связал профессора с предыдущими расследованиями, фильмы Гая Ричи развернули вокруг него масштабную европейскую интригу, а BBC сделал Джима Мориарти постоянным зеркальным отражением Шерлока, влияние которого ощущается даже после смерти.
Поэтому самый точный ответ звучит так: Конан Дойл сделал Мориарти величайшим врагом Холмса, а экранизации превратили величайшего врага в вечного.